Музей Кремля города Вологды

Музей Кремля города Вологды – мир спокойной и размеренной жизни. Кажется, что вся суета осталась за кремлевскими стенами. Попадаешь в другой мир, в мир устойчивой и незыблемой красоты, вечности, России.

Открываешь мощную деревянную дверь, и сталкиваешься с прекрасными, спокойными женщинами – служащими музея. «Охранительницей» многие годы здесь работает Ангелина Аркадьевна Глебова – воспитательница и учитель для молодых девушек-искусствоведов, еще не “оперившихся”, прививая им любовь к искусству, развивая, опекая их, работающих под ее началом. Ангелина Аркадьевна – настоящий подвижник, наполняющий пространство музея теплом и добротой, человек тонкой души, прекрасно разбирающийся и чувствующий искусство, имеющий колоссальный опыт и знания. Скромный труженик. Хранитель самого драгоценного, что есть не только на Вологодчине, но и в мире – русских икон, и того, что связано с русским духом – народного декоративно-прикладного искусства.

Едут россияне за рубеж, приобщится к европейской культуре, а наша традиционная культура, как не любимая падчерица – мало посещают наши музеи. А так хочется, чтобы не восторгались по поводу Дали, не убеждали, как один вологодский попутчик в поезде, что Дали – да, а наше искусство – вроде бы ничто и смотреть в музее нечего. Посмотреть Дали – как красный пиджак в начале перестройки носить – и мы не лыком шиты – тоже видели. Что же делать – много подобного бескультурья и доказывать, объяснять, звать в музей – что бисер метать. Надо ценить и попытаться понять сначала свое родное искусство, повысить свою культуру, тогда и переходить к западноевропейскому искусству будет проще, понимая и ценя свое.

Удивительно, что просто пройдя по залам музея, напитываешься позитивной творческой энергией россиян, сохранившейся через века. Какой же талантливый наш народ.

Помню, как-то летом на фоне белых кремлевских стен, каскадом на скамьях, проветривались шерстяные тканые зимние сарафаны из Великого Устюга из запасников музея. Как яркий цветной салют, как восток. Но северное солнце освещало и насыщало цвета – не могла себе раньше представить, что на севере могут так звенеть малиновый, темно-синий и оранжевый.

А какой красивой была женщина в этом роскошном по яркости сарафане, где-то в избе или на улице, когда он хотя бы кусочком выглядывал из-под верхней одежды, закрывая валеночки. В белых снегах – райская птица – алый снегирь.

Теперь же мы все – в нашей безликой и скучной одежде. Как нищие цветом – в грязных, жухлых сочетаниях. А раньше эта яркая одежда была повседневной – и на работу, и везде – не боялись замараться. Все – в ярком. Каким же праздничным выглядел народ в этой одежде. В этих радостных цветах – и удаль русская и свобода. Что же получается – характер наш поменялся, раз такая мрачная на нас одежда? Куда ушла наша цветовая жизнерадостность, или сидит под спудом, и надо только раскачать, подтолкнуть, чтобы народное творчество стало проявляться в одежде цветом. Бабушки наши выглядят более авангардными и жизнерадостными: бывает, увидишь на них какие-нибудь кофточки, да платочки “вырви глаз” – неимоверно яркие, однако все к месту, органично. А вот молодым и модным до них далеко, не осмелятся надеть такую яркость, побоятся. Все почернее и по шаблону, ориентируясь на запад.

Хочется надеяться, что творчество в одежде, наконец, пойдет в сторону цвета. В народном костюме такое богатство идей, и сейчас он мне кажется таким современным, намного современнее повторяющейся моды.

Каждый раз, приходя в музей, знаешь, что унесешь с собой радость от увиденного, потому что здесь “русский дух, здесь Русью пахнет”.

«Душевный уклад труда и быта и духовный уклад любви и созерцания, молитвы и познания, при всем его личном своеобразии имеет еще и национальную природу, национальную однородность и национальное своеобразие. Согласно общему социально-психологическому закону, подобие единит людей, общение усиливает это подобие и радость быть понятым раскрывает души и углубляет общение. Вот почему национальный творческий акт роднит людей между собой и пробуждает в них желание раскрыться, высказаться, отдать «свое заветное» и найти отклик в других. Творческий человек творит всегда от лица своего народа и обращается прежде всего и больше всего к своему народу. Народность есть как бы климат души и почва духа; а национализм есть верная, естественная тяга к своему климату и к своей почве».

«О русском национализме». И. А. Ильин.





© OLGA TOLSTIKOVA